Life-Style

Анна Самохина: в состоянии свободы и покоя.

Анна Владленовна Самохина родилась 14 января 1963 года в городе Гурьевске Кемеровской области. Вскоре после её рождения семья переехала в Череповец.

В 15 лет Анна поступила в Ярославское театральное училище, во время учебы
в котором вышла замуж за однокурсника Александра Самохина. По окончании училища в 1982 году их распределили на работу в ТЮЗ Ростова- на-Дону.

В 1987 году Анна Самохина получает главную женскую роль- Мерседес, в фильме Георгия Юнгвальд-Хилькевича “Узник замка Иф” (1988) по роману Александра Дюма “Граф Монте-Кристо”. Этот кинодебют оказался для актрисы очень удачным, и в 1988 году режиссер Юрий Кара пригласил Анну Самохину сняться в своей картине “Воры в законе”. Этот фильм, поставленный по рассказам Фазиля Искандера, в котором играло много замечательных актеров, был с восторгом встречен публикой, чего нельзя было сказать о критиках.

Но успех есть успех, и новые роли не заставили себя ждать. Среди интересных работ актрисы можно выделить роли в костюмной ленте Яна Фрида “Дон Сезар де Базан”, где партнерами Самохиной были Михаил Боярский и Юрий Богатырев, и в исторической драме “Царская охота”, снятой Виталием Мельниковым, — Анна Самохина блестяще сыграла княжну Тараканову. В начале 90-х годов на счету Анны Самохиной несколько десятков ролей в фильмах разных жанров — в комедиях, детективах, боевиках, исторических лентах.

Ныне актриса живет в Санкт-Петербурге и, хотя про кино не забывает, занимается бизнесом — вместе со вторым мужем они открыли вскоре получивший известность ресторан “Граф Суворовъ”. Кроме того, Самохина, как художественный руководитель студии “Диапазон”, представляла в 1996 году на фестивале в Монако телефильм “Гроза над Русью”, поставленный по “Князю Серебряному”, — в нем свои последние роли исполнили Сергей Бондарчук и Олег Борисов.

О Баку

— Анна, если не ошибаюсь, это не первый ваш приезд в Баку?

— Да, но это было очень давно, более двадцати лет назад, когда наша съемочная группа приехала на премьеру фильма «Воры в за­коне».

— Что-нибудь удалось посмо­треть в городе, чтобы было с чем сравнить сейчас, или вы, как и большинство гастролеров, при­ехали, выступили и уехали?

— Да, к сожалению, так и полу­чилось. Однако в том была не моя вина, время было очень неспо­койное тогда, и в Баку буквально во всем это чувствовалось. До сих пор помню то беспокойство в зри­тельном зале кинотеатра, которое нам невольно передавалось. Зато сейчас столько приятных впечат­лений!

— И что же впечатлило больше всего?

— То, как строится ваш город, сколько делается для того, чтобы люди могли после работы хорошо отдохнуть. А ночное освещение — это вообще фантастика! Кроме того, у вас великолепные вина и потрясающе дружелюбные люди.

— У вас были друзья бакинцы или азербайджанцы?

— К сожалению, нет. Но я весьма неравнодушна, впрочем, как и мно­гие в Санкт-Петербурге, к азербайд­жанской кухне. Тем более, что я обо­жаю острые блюда и могу, например, спокойно съесть острый перец как минимум до половины. А пить чай из ваших национальных стаканчи­ков (Анна имеет в виду «армуды» — Прим. авт.) — просто одно удоволь­ствие. Сейчас эти стаканчики будут и у меня на кухне— я купила их в качестве сувениров! Кстати, у меня много родственников на Северном Кавказе, так что ни кавказская кух­ня, ни культура мне не чужды.

— Серьезно? Так вот почему у вас так хорошо получилось сыграть Риту в картине «Воры в законе»?

— А что вы думаете?! Это так же сыграло свою роль в том, что картина получилась удачной.

О творчестве

— Где вы получаете большее удовольствие от игры — в театре или кино?

— Безусловно в театре. Особенно когда роль уже наигранная, когда ты ее уже пропустила через себя и просто живешь ею, а не играешь ее.

— В спектакле «Держи меня крепче, люби!» насколько сильно у вас отлажено взаимопонимание с партнером— Андреем Носковым, если оценивать это по десятибалльной шкале.

— Думаю, что на 11 с половиной! А после игры в Баку и вовсе на 12 баллов! (смеется)

— Тогда почему вы полностью не перейдете на театральные роли, ведь не секрет, что широкой публике вы знакомы именно по киноролям?

— Вот в том-то и дело, что кино — известность гораздо сильнее и масштабнее, чем популярность театральная. Чтобы быть популярной даже в масштабах театрального Санкт-Петербурга, нужен не один год, а чтобы стать просто узнаваемой в том же Питере, достаточно сыграть какую-либо главную роль в кинофильме или даже роль второго плана в сериале.

— Поэтому вы снялись в сорокосерийном сериале? Хотите шагать в ногу со временем

— Конечно, а что в этом плохо­го? Молодежь, которой сейчас нет двадцати, уже не помнит, кто такая Анна Самохина. Так что не помеша­ет лишний раз напомнить о себе.

— Тогда почему вы в свое время заявляли, что мелькать в 200 сери­ях — это самоубийство?

— Ну, во-первых, 40 серий — это все же в пять раз меньше, чем 200, а во-вторых — жизнь вносит свои коррективы. У нас есть интересные сценарии, но их мало. В основном же картины сейчас ориентированы на западную культуру, поверхност­ны. А хочется увидеть настоящую человеческую историю, какие рань­ше снимали. Вот попалась такая — я и решила сняться. А «пахать» в 200 сериях стоит, когда только начинаешь. Удачный пример — Анастасия Заворотнюк. А у меня уже есть имя, и нет финансовой и моральной необходимости в этом участвовать. Разве плохо, что я играю в этом спектакле «Держи меня крепче, люби!» или, как мы его еще называем, «Влюбленный Мопассан», с таким классным партнером как Андрей Носков?..

— Как вы думаете, а азербайджанской молодежи вы понравились?

— Думаю, да. Иначе просто не было бы смысла ехать в Баку. У нас столько общего, наши культуры все время пересекались, мы могли видеть друг друга гораздо чаще, чем сейчас. Мы просто скучаем друг по другу, и такое положение вещей надо исправлять! И если бы наш спектакль им не понравился, то вряд ли кто-нибудь пришел бы на второй
день или бы столько аплодировал нам после спектакля.

О личной жизни

— Вы были замужем трижды, и с последним супругом Евгением вы как раз три года и прожили? Это судьба? Может, это означает что все, хватит?

— Вот и я так думаю! (смеется) Я сейчас очень хочу находиться в состоянии свободы и покоя. Это единственное, что меня интересует. Никаких браков, замужеств, Боже упаси! Хотя, как говорится, никогда не говори никогда.

— Чем же вас так разочаровали мужчины?

— Не разочаровали. Просто со временем становится ясно, что жить вместе — огромный труд. Это какие-то пристройки, подстройки, поиск консенсуса, чтобы не скандалить. А поскольку я женщина самостоятельная, не хочу идти на компромисс.

— Получается, дольше всего вы прожили со своим первым супругом, Александром Самохиным. Сейчас-то общаетесь?

— Да, и прекрасно! Все очень по-дружески, у нас наконец настало полное взаимопонимание.

— У вас есть дочь Саша. Даете ли ей какие-либо советы по поводу личной жизни, учитывая ваш собственный опыт?

— Я считаю, что быть открытой до конца ты имеешь право только с матерью. Мужчина, вторгающийся в твою жизнь, может оказаться инородным телом и чужим человеком. Откровенничать с ним нельзя. Как он себя поведет в случае вашего разрыва — неиз­вестно. Можно получить такие удары, которые и не снились. Пусть те удары, которые получала я, обойдут стороной хотя бы ее. Пусть, как умная девочка, учится на моих ошибках, а не на своих.

Анна Самохина и ее дочь Александра Самохина

— Вы очень стройная. Мучаете себя диетами?

— Это еще что, было время, когда я вообще есть перестала, так как набра­ла лишний вес. В итоге дошла до ано­рексии — это когда даже не можешь смотреть на пищу. Могла не есть три— четыре дня. Да еще и спектакли игра­ла. Доктора сказали, что я прошла «по грани». Многих людей они не могут вывести из такого состояния, когда ор­ганизм начинает полностью отторгать еду. Гибнут молодые девочки. Но я считала, что со всем справлюсь, и справилась!

— Зато результат — налицо. Сколько килограммов сбросили-то?

— Где-то 15 кг! Никогда не занималась откачиванием жиров или, наоборот, закачиванием чего-либо. Единственное пластическое вмешательство, что я себе позволила, — это когда «делала веки». Остальное все свое! (смеется). Хотя считаю,
что в наше время лечь в клинику — это все равно что сходить в маникюрный салон.

— Мы вас помним по шикарной копне волос. Зачем поменяли ее на короткую стрижку?

— Длинные волосы меня раздражают. Челка в глаза, а когда спишь, собираешь в резинку. Хлопот с ними много, а ведь уже не хочется тратить время на хлопоты. Короткая стрижка — это быстро и удобно. Всю жизнь завидовала мужчинам. Проведут по волосам, выйдя из душа, раз — и прическа готова! В общем, я подстриглась из практических соображений. А от внутреннего состояния души возник кардинально черный цвет волос. Зато сейчас меня не отличить от ваших женщин…

Память о ней навсегда останется в наших сердцах.