Оfициальная встреча

Депутат Милли Меджлиса Эльмира Ахундова в гостях у Fortuna.

На журналистском пути мне встречалось немало людей, писать о которых было и большой честью, и праздником. Эльмира Ахундова — из тех журналистов, писателей, общественных деятелей, которые активно реагируют на события окружающей жизни, принимают их близко к сердцу и сеют доброе, разумное, вечное. Но мой вопрос о том, как все у нее так емко, мудро и по-доброму получается, похоже, застал врасплох даже столь мыслящего и не замкнутого человека…

— Живу и живу, а как что получается, никогда не задумывалась… Хотя, наверное, не помешало бы иногда и разбираться… Оглядываясь на свой путь, вернее задумываясь над тем, откуда что бралось, прежде всего, отмечу, наверное, постоянное желание познавать, учиться, идти вглубь.

— Это обнаружилось со школьной скамьи?

— Ваши вопросы провоцируют на то, что как-то не принято говорить о себе (улыбается).

— Только так — о самом сокровенном! Иначе зачем же беседовать?

— Ну ладно… Возможно, эта неосознанная потребность, неуемная жажда познания выделяла меня среди сверстников. И литератор, и математик называли лучшей. Была в числе первых активисток, меня всюду выдвигали и выбирали. Организовала команду КВН, была секретарем комсомольской организации школы.

— В какой школе вы учились?

— Сейчас уж точно я вас удивлю…

— Давайте!

— Я закончила среднюю школу при Бакинском хореографическом училище, хотя посещать балетные классы перестала года за два до выпускных экзаменов.

— Ответ действительно неожиданный. За ним явно не простая история

— Теперь, по взрослом размышлении понимаю, что уже там проявилась способность к самооценке, умение видеть себя со стороны и — как бы это сказать — не довольствоваться серенькими результатами. Отбирая по конкурсу мальчиков и девочек для занятий в школе классической хореографии, профессионалы радуются наличию у лучших претендентов хоть некоторых, необходимых там природных данных — остальное, мол, придет в годы занятий. А оно — то, что делает из ребенка балерину или танцовщика — как ни изнуряй себя на многочасовых уроках с их окриками, небезобидными пошлепываниями, бесконечными физическими нагрузками до седьмого пота, — приходит только к тем, в ком способность к этому великому искусству заложена генетически.

— Вы в себе их не обнаружили…

— Вы хорошо сформулировали мое состояние в те юношеские годы… Меня «отдали» в хореографическое, чтобы я приобрела спортивную осанку, поправила слабое здоровье, а у педагогов совсем иная цель — они всерьез озабочены делом выращивания достойной смены для балетного театра… Знаете же, что изнуряющие физические упражнения нужны для того, чтобы за видимой легкостью, свободой и стремительностью артистов на сцене зрители не заподозрили тонны титанического труда со слезами на глазах.

— Вымученный результат не может быть естественным, да?

— Оказывается, подспудно я поняла это в детстве, определив отказом посещать уроки хореографии многое в своем будущем…

— А что именно?

— Скажем, позволила себе выразить протест родителям!

— Интересно…

— Мои братья и сестра уже учились в московских вузах, и когда отец запретил мне последовать за ними, отказалась поступать в Бакинский университет. В знак протеста с одной четверкой в аттестате, кстати, не позволившей получить золотую медаль, пошла в училище, где готовили… стенографисток.

— Девочка, которая одновременно с учебой в старших классах окончила Закавказскую комсомольскую школу, которой комсомольские и партийные лидеры предлагали политическую карьеру…

— От политической карьеры я категорически отказывалась не раз.

— И выбрали… практически ПТУ?

— Представьте себе! Но нет худа без добра — университет я, конечно, закончила, и в драмкружке тогдашнего АГУ верховодила, и комсомольским вожаком там избиралась, не раз отвергнув конкретные предложения работать далее по комсомольской, а затем по партийной линии. Работала стенографисткой в АзИИ, а, поступив на работу в Союз писателей, скоро поняла, чего больше всего хочу. Я подспудно почувствовала, а скоро пришла к тому, что займусь наукой и стану писать. В той среде у меня были возможности проверить себя: благодаря любимому предмету- литературе — сформировались приоритеты в выборе не только героев, но и высоких идеалов, нравственной позиции. Знание языков, грамотность позволили не без успеха заняться переводами.

— А потом — в журналистику…

— Потом было многое — Институт литературы НАНА, диссертация и, наконец, работа в прессе — редактором первого независимого журнала «Populyar». Как бы я потом ни выходила за рамки чистой публицистики, журналистское начало и в последующих повестях, произведениях разных жанров вело меня от страницы к странице, организуя накопленные впечатления в образы конкретных героев и времени в целом.

— Но журналистика — это та же политика.

— Вы так считаете?

— А разве нет?

— Шучу, конечно. Политика, еще какая политика… Но в не меньшей степени и творчество… согласны?

— Ваш масштабный проект, многотомная эпического размаха эпопея под названием «Гейдар Алиев. Личность и эпоха» принес вам хлынувшие отовсюду знаки внимания — рецензии, аналитические статьи историков, политологов, писателей, художников — самых неравнодушных представителей всех слоев современного общества. За что благодарили?

— Более всего — за, как все утверждают, великолепно выписанный образ главного героя — незаурядного, выдающегося политика, общенационального лидера азербайджанского народа Гейдара Алиева.

— Поистине бесценные знаки внимания к вашему труду. А я слышала, что особенно благодарили вас еще и за мастерски отобранный материал, характеризующий происходившие в Азербайджане на заре XXI века судьбоносные события, что ваше детище проникнуто правдой жизни и отличается способностью публициста, владеющего секретами художественной прозы.

— Мне дороги все эти отзывы еще и тем, что мои статьи, заметки, многие из которых значительно позднее увидели свет в виде сборников, рождались по горячему следу, в переломную эпоху и были обращены к обществу, еще только начинавшему’ осмысливать происходившие в нашей жизни коренные перемены.

— Мы тогда все нуждались в подсказке добросовестного исследователя, наделенного способностями мудреца.

— Да ладно уж вам… Мне ближе такие оценки, как достоверность, аргументированность, конкретика… Я же в большую журналистику пришла поздновато. За плечами уже были исследовательская работа в Институте литературы имени Низами Академии наук Азербайджана и серьезная переводческая деятельность, научившие основательности научного поиска, умению с пиететом относиться к слову, к факту. В трагические дни конца 80-х годов, когда время ускорило свой бег и обретший независимость Азербайджан испытывал огромную потребность в информации, я стала писать материалы, помогавшие осмысливать происходящее, чтобы нести правду о нашей стране всему миру. Весьма престижные российские издания -«Литературная газета», «Деловой мир», «Общая газета» и другие СМИ заказывали и с готовностью публиковали мои материалы…

— В то время конфликт в Нагорном Карабахе был в разгаре!

— В том-то и дело. Ситуация требовала быть начеку, подбирать каждое слово, быть готовой к провокациям…

— Но выручила уверенность в правоте, смелость, бойцовские качества. Многие тогда посчитали высокой оценкой вашей политической и гражданской зрелости приглашение в качестве корреспондента Радио «Свобода».

— Эта работа прибавила ответственности, но и азарта.

— Еще бы — возможность для такой широкой и неоднозначной аудитории высказать веское слово против агрессора, отстоять интересы Азербайджана дорогого стоила всегда. Общенациональный лидер азербайджанского народа Гейдар Алиевич Алиев именно тогда заметил вас и пригласил в свою команду?

— В команду он приглашал, но, как я, в конце концов, поняла, с уважением отнесся к моему… отказу. Зато охотно включал меня в состав делегаций, отправлявшихся вместе с ним в официальные поездки за рубеж.

— Наверняка это были самые знаковые, самые яркие страницы в вашей биографии?

— Еще бы! Осмысленные с гражданских позиций мои публикации о тех событиях вызывали живой интерес аудитории, в частности, тем, что смело разоблачали клеветников и фальсификаторов.

— Не удивительно, что в центре ваших публикаций оказался президент Азербайджана Гейдар Алиев, за работой которого в непосредственной близости вы наблюдали, освещая многочисленные зарубежные визиты главы государства, закладывавшего основы внешнеполитической стратегии и имиджа своей родины.

— Проникаясь уважением к этой неординарной личности, я действительно испытывала неодолимое желание рассказать миру о том, кому судьбой и историей довелось совершить сложнейший перелом в жизни граждан своей страны и в не простых условиях формировать ее международный имидж.

— Тем более в те годы, когда армянские претенденты на азербайджанскую территорию превратили в «горячую точку» Нагорный Карабах, где гибли люди, откуда хлынул поток беженцев. В те годы вы как раз стали членом Комиссии по по¬милованию при президенте Азербайджана — нельзя было не заметить ваше умение адекватно, честно, бескомпромиссно и убедительно разбираться в фактах, в судьбах людей…

— Членом этой комиссии я состою по сей день.

— Депутатство в Милли Меджлисе — продолжение той же гуманной миссии?

— Возможно… Меня избрали соотечественники, простые люди, у которых много своих забот.

— Надо иметь доброе и горячее сердце, чтобы искренне откликаться на их запросы.

— Равнодушие не для меня.

— Политическая стабильность, высокий имидж Азербайджана на международной арене факторы признанные. Насколько мне известно, к депутатам граждане обращаются с вопросами экономического плана…

— Естественно, что большинство идут с просьбами личного характера. Но, стараясь наилучшим образом отреагировать на обращения, депутат мыслит общегосударственными категориями. Важно обобщить вопросы, постараться устранить имеющиеся недостатки и решить по возможности все законодательным путем.

— Вам приходилось заниматься экономическими проблемами?

— Многими. Но одним из сложных и весомых стало участие в изучении вопросов, связанных с земельной реформой.

— Нечто глобально общее…

— На первый взгляд. На самом деле эта тема касается каждого гражданина страны.

— Но именно граждане сталкиваются с несовершенством имущественных отношений, страдают от коррупции.

— По-моему, при тех глобальных переменах в экономической системе страны, сопряженных и с психологическими факторами, трудности неизбежны. Сейчас ведь многое меняется…

— И вы…

— И я не стою в стороне.

— Известно, что достойно представляя интересы избирателей в органе верховной власти страны, вы были названы одним из самых активных депутатов Милли меджлиса Азербайджанской Республики.

— Было и такое. Причем, не один, а целых четыре года подряд!

— Давайте поговорим о том, что сейчас принято называть «формулой успеха»: вас считают успешным человеком, состоявшейся личностью — как пришли к этому?

— Из того, о чем мы уже поговорили, по-моему, ясно: всегда много, неутомимо и с интересом работала. Легко устремлялась в неизведанное, заманчивое, оставляя то, что уже освоила. Каждая новая ступенька требовала преодоления, а это окрыляло.

— Вы уже много лет преподаете в Славянском университете. Что преподаёте?

— Начинала с курса художественного перевода, теперь читаю «Основы журналистики», «Современные проблемы публицистики», «Основы международной журналистики». Пишу учебник по основе теории журналистики на примере азербайджанских СМИ и законодательства в области журналистики.

— Часто печатаетесь в журналах, газетах, публикуетесь в электронных СМИ…

— Не столь часто — когда что-то уж очень заденет… до глубины души.

— Международная тематика выдает в вас смелого, бескомпромиссного борца за интересы Азербайджана!

— Я искренна во всех своих публикациях.

— Теперь, когда столько полезного сделано, оценено обществом, можно почивать на лаврах?

— Куда тогда девать постоянно накапливающуюся энергию, а?

— Да уж, здесь и не перечислишь всех ваших дел и задумок. Не те ли нагрузки, которые пришлось выносить при экзерсисах в классах хореографического училища, подпитывают характер и сегодня?

— А почему бы и нет? Уж принимать самостоятельные решения в юношеском возрасте они точно меня научили… или вдохновили.

— Ваш пример — яркое свидетельство того, как важно, чтобы молодые люди пораньше выходили из ребяческого возраста.

— Хорошо бы, чтобы это поняли родители… для общества.

— А как все устроено в вашей семье? Поговорим об этом?

— Давайте! Мне очень повезло с мужем — человек, обладающий нравственным стержнем, он умеет поддержать, вселить веру. Это так важно при моей эмоциональной и физической нагрузке. К сожалению, сейчас он болеет…

— А дети…

— Дочь давно живет в Москве. Взрослая, но все не прочь поплакаться маме… А сын… Он рано женился — я это одобрила. Подарил мне внука. Заботы о семье — часть моих обязанностей навсегда — как без них…

В самом деле, как без них, да еще такому коммуникабельному, гуманному, творческому, обладающему качествами лидера и энергичному человеку, как Эльмира Ахундова…

 

Беседу вела Галина Микеладзе.

Архив Fortuna 2009.