Fлаги над миром

Мир детства в центре Лондона.

Музеи Лондона — понятие огромное. Это целая Вселенная. Ее не обойти и за год, и потому каждый, попадая в этот сказочный город, воплощение «доброй старой Англии», ищет для себя то, что ему ближе. Что выбрать? Величественный Британский музей или уютную парадность Музея Виктории и Альберта? Чудеса техники Музея естественной истории или таинственную тишину Музея Конан Дойля? Известнейший в мире паноптикум мадам Тюссо или жутковатую откровенность музея времени при Гринвичской обсерватории?

Я побывала во всех этих местах и многих других (разумеется, при этом больше осталось мест, где я не побывала — Лондон воистину безразмерен). Многое порадовало, что-то удивило, что-то восхитило… Но только один музей вызвал щемящую ностальгию — это Музей игрушек Поллока (Pollock’s Toy Museum).

Надо сказать, что это не единственный «детский» по профилю музей британской столицы, и даже не единственный музей игрушек в ней. Но есть в его удивительно «домашней» атмосфере что-то такое, что притягивает раз и навсегда, и потом, с годами, заставляет вспоминать его узкие лестнички и полумрак выставочных комнаток (именно комнаток, а не залов!) намного чаще, чем купол Святого Павла или Око Лондона…

Этот удивительный музей на Скала-стрит был открыт в 1956 году. Свое имя он получил от Поллока. Не того эпатажного бунтаря, что был назван многими гениальнейшим художником США минувшего века, а другого Поллока, достопочтенного британца — знаменитого кукольного мастера. Известный лондонский мастер Бенджамин Поллок специализировался на игрушечных миниатюрных театрах — о его творениях ходили легенды.


Неудивительно, что в этом музее главный акцент сделан именно на театрах. В дни школьных каникул здесь разыгрываются театрализованные представления. Будучи в музее, можно побывать в мастерской самого Поллока, рассмотреть куклы и декорации, созданные этим великим мастером для различных спектаклей. Там же есть фотографии, рассказывающие об этом мастере и о процессе изготовления картонных кукольных театров. Фигурки прикреплялись к палочкам и двигались по прорезям, проделанным в полу сцены. В магазине при этом музее, а также в магазине Benjamin Pollock’s Toyshop на Ковент-Гарден (он не имеет прямого отношения к музею, хотя и носит имя того же знаменитого кукольника) тоже предпочтение отдается картонным кукольным театрам.

Такие мини-театрики весьма ценятся коллекционерами кукол во всем мире – не меньше, чем старинные книги и настольные игры (все это продается в одних и тех же специализированных магазинах). Иногда подобные кукольные театры делаются даже из дерева. Впрочем, они и бумажные-то очень дороги — от 50 фунтов за самый простенький «ширпотреб». А эксклюзивный игрушечный театр, сделанный когда-то самим Поллоком на заказ для детей из какой-нибудь обеспеченной семьи, может обойтись коллекционеру в несколько тысяч фунтов. Однако, при всем том, что миниатюрному кукольному театру здесь, в Музее игрушек Поллока, отведено особое место, это ничуть не ущемляет ассортимента других экспонатов. Чего здесь только нет! Старые американские игрушки, традиционные и фольклорные игрушки Центральной и Южной Африки, мексиканские и бразильские, японские, китайские и прочие национальные куклы, старинные и современные настольные игры, кубики, оптические игрушки, уличные игры — перечислять можно бесконечно… Глаз не устает любоваться фарфоровыми личиками кукол, кружевами их шляпок, яркими мундирами оловянных солдатиков…

Среди прочихэкспонатов музея особый интерес вызывают и кукольные домики — с полным набором посуды и мебели внутри, и, конечно, с «хозяевами» и «гостями».
Маленький объем этого милого, доброго музея, похожего даже внешне на кукольный домик, битком набит детскими забавами разных времен и народов. Отсюда не хочется уходить, а уходя, уносишь светлое ощущение возврата в детство (фотографировать здесь можно, так что это ощущение каждый старается запечатлеть на память). Поднимаясь по винтовым лестницам между маленькими комнатами, тесно заполняющими три этажа двух секций старинного
здания, не устаешь разглядывать кукол, марионеток, машинки, конструкторы, игрушечные домики и различные атрибуты кукольной жизни со всех уголков света. При этом они так талантливо «перемешаны» и так искусно размещены, что ощущения, что экспозиции четко разделены по эпохам, не возникает, и это еще больше придает музею уюта.


В одной из комнат я буквально «прилипла» к огромной, но при этом очень изящной лошадке-качалке. Она была размером с настоящего жеребенка, сделана из дерева и выглядела очень солидной и добротной. Игрушка напомнила мне ту нарядную коняшку-качалку, на которой наш великий мастер кисти Таир Салахов изобразил свою дочь Айдан в ее знаменитом детском портрете… В этом музее над душой не стоят смотрители (тут и посетителям-то негде развернуться в миниатюрных комнатках, сплошь набитых чудесами детства), но это не значит, что экспонаты «бесхозные». Наверняка вокруг понатыкано камер. Поэтому я не то что присесть на эту лошадь (а ведь так безумно хотелось это сделать!), но даже погладить ее не решилась…

А плюшевые медведи! О-о-о,это отдельная поэма… «Мишкам Тедди» тут посвящен весьма внушительный раздел, их тут видимо-невидимо — от самого старого, созданного еще при президенте США Теодоре Рузвельте (в честь которого такие мишки и получили прозвище «Тедди»), до самых современных. Медведи, кстати, лидируют среди прочих игрушек и в магазине при этом музее, уступая по популярности только кукольным театрам. Есть в этом музее и такие игрушки, в которые сейчас уже, наверное, нигде не играют. Это, например, ковчеги — деревянные большие корабли (вплоть до метра в шишу), изображающие судно, выстроенное пророком Ноем перед Всемирным потопом. Игрушечный ковчег слегка напоминает современный детский набор «Зоопарк», так как к кораблику прилагается много животных — слонов, тигров, жирафов и т.д., каждого вида по две штуки, в полном соответствии со словами Священного писания «Всякой твари по паре». На верхней палубе ковчега размещался домик с подъемной крышей, так что зверей можно было положить внутрь. В позапрошлом веке в некоторых религиозных европейских семьях по воскресеньям детям не разрешали играть ни в какие игрушки, кроме ковчегов. Сейчас это правило ушло в небытие, и тем ценнее стали ковчеги для коллекционеров…

Разумеется, мне, рожденной в СССР, было любопытно высмотреть среди всего этого изобилия поллоковских чудес что-нибудь родное, советское. Но результат поисков меня изрядно разочаровал. Впрочем, как знать, может, я недостаточно внимательно глядела? Так или иначе, но из всего того, что производилось в качестве детских игрушек в стране моего детства, внимания руководства музея Поллока, как я могла заметить, удостоились только две вещи.
Первая — это матрешки. Нарядный комплект-хоровод полхов-майданских красавиц смотрел на меня с полки одного из залов. Я обрадовалась матрешкам, как родным, и оценила выбор музея — это ведь красота несказанная. Но…


Во-первых, в годы моего детства матрешка в Советском Союзе уже окончательно превратилась из куклы в сувенир для туристов. А во-вторых, это все же предмет российского прикладного искусства, а не чисто советская игрушка. Но других
кукол из СССР в этом музее не было. Может, оно и к лучшему — помните страшненьких пупсов нашего детства? Не зря, выходит, в английском языке матрешку называют просто «рашн долл» («русская кукла»). Других русских (советских) кукол здесь просто не признают. Вторая же вещь из СССР навела меня на еще более грустные размышления. Это были разнообразные наборы солдатиков, от бумажных, вырезных, до пластмассовых, ярко-алых буденовцев. Точно такой же алый комплект конников был у и меня самой в детстве, но умилиться при виде знакомого до боли экспоната как-то не получилось. Мысль создателей музея удручала: получается, даже в сладком мирке игрушек Советский Союз сохранил образ «империи зла», военной машины. Вызывающе алые солдатики рядом с жеманными немецкими куколками и простодушными американскими мишками Тедди напомнили о том, что даже в кукольных мирах все зависит от угла зрения…