Улыбка fортуны

Председатель Союза композиторов Азербайджа­на Франгиз Ализаде об улыбке Фортуны.

“Даже в самых радужных меч­тах у меня не было тех вещей, которые сегодня стали для меня повседневной жизнью.”

 

Франгиз Ализаде — ком­позитор, музыковед, педа­гог, Председатель Союза композиторов Азербайджа­на. Окончила Бакинскую консерваторию по классу фортепиано и композиции, ученица Кара Караева. Уже через несколько лет она преподавала в той же консерватории, в 1990 году стала профессором, в 2000 году ей присуждено звание народной артистки Азер­байджана. Её музыкальные произведения исполняли такие выдающиеся музыкан­ты, как Мстислав Ростро­пович, Иван Монигетти, Кронос-квартет, Йо-Йо-Ма, Александр Ивашкин, а также другие известные музы­канты и ансамбли. Замужем, имеет сына.

— Франгиз ханум, Фортуна вам часто улыбалась?

— Жизнь мне дала гораздо больше того, что я могла бы от нее ждать, то есть даже в самых радужных мечтах у меня не было тех вещей, которые сегодня стали для меня повседневной жизнью. То, что мои произведения играют на другом континенте, то, что я получаю международные премии, то, что мне из Парижа звонит генеральный директор ЮНЕСКО Коитиро Мацуура и говорит, что «в день Вашего рождения мы присуждаем Вам звание Artist for Peace», а это самое высокое звание для людей творчества, — с одной стороны, это фантастика, а с другой — все, что у меня есть, я получила благодаря неимоверному труду на протяжении долгих лет. Но трудилась я не ради этих вещей, а просто потому, что мне это было интересно, меня это увлекало. Потому что верила в свое призвание.

Фортуна мне улыбнулась, когда я родилась в своей семье: мама, папа, братья, сестры, такая большая и дружная семья не каждому дается. Дом был полон людей, смеха, счастья, и никогда никто не жаловался на то, что кому-то мало места.

Мне очень повезло: у меня были прекрасные учителя в школе Бюль-Бюля (тогда она называлась Школой для особо одарен­ных детей) — начиная с педагога по истории Лии Осиповны и заканчивая моим идеалом женщины-азербайджанки Адылей Гусейнзаде, композитором, красавицей.

Я помню, как Кара Абульфазович вышел на сцену Большого зала нашей консерватории, где я сама сыграла свою сонату, и сказал, что это и есть настоящая современная музыка. И это самые счастливые моменты моей жизни. У меня был такой педагог, как Кара Караев — человек, не знающий компромиссов, готовый сражаться с несправедливостью.

Вообще, чем старше становишься, тем сложнее работать, общаться с новыми людьми, потому что все больше недостатков видишь, но в то же время все больше и больше благодарности к Фортуне чувствуешь за то, что она есть. Все больше ценишь то, что имеешь. Я очень горжусь своей Родиной, ее историей, традициями, настоящим.

—   Сможете припомнить какой-то конкретный эпизод, который вам запомнился благодаря улыбке Фортуны?

—    В моей жизни Фортуна улыбалась в самые трудные моменты, когда казалось, что я в тупике. Например, когда в начале девяностых из Азербайджана стали уезжать мои знакомые, друзья и меня на улице останавливали, чтобы спросить, а почему я все еще не уехала, когда ввели комендантский час, концерты стали отменять…

Очень сложный момент был, когда здесь просто забыли и о современной музыке, да и о музыке вообще. А у меня маленький ребенок, семья. И однажды я уложила сына спать, и такая тишина и темнота наступили, что мне стало как-то не по себе. И тут раздался звонок. Звонил Дейвид Харрингтон, первая скрипка Кронос-квартета, который стал буквально кричать в трубку, что они там полдня сидят, слушают мою музыку и что решили заказать мне произведение. С этого началось мое сотрудничество с этим коллективом. Ну разве не Фортуна? А главное как ведь вовремя…

 

Беседу вела Рена Юзбаши.

Архив Fortuna 2011.